«Я цього козла заб*ю»

Развитие бизнеса требовало покорения новых вершин. В 1998-м Закарпатье становится вотчиной эсдеков. По местным мажоритарным округам в парламент проходят Виктор Медведчук и Григорий Суркис. Под их началом Балога избирается мэром Мукачево. Собственно, именно сближение со столь не ненавистными ему в последствии эсдеками, дало Виктору Ивановичу путевку в большую политику.

Определенные авторитет и имя, к тому времени, он уже успел заработать, однако «широким слоям» закарпатцев известен все-таки не был. В узком кругу Балога воспринимался не иначе, как подручный Геши – скорее левая, чем правая его рука. Чего уж говорить о напарниках самого Балоги – Петевке с Крилем, младших братьях – Павле и Иване.  

Меж тем, личностные амбиции, связанные с перспективами хозяйственной и политической деятельности, у Балоги имелись немалые. «Старшинством» Геши он явно тяготился. Токарь служил напоминанием того, кто он и из какой грязи вышел в эсдековские князи. Меж тем, для самого Михаила Ивановича Балога, даже в качестве мэра, оставался «комірником», которого он, Геша, поднял на ноги. Именно поэтому Геша не стеснялся «воспитывать» Балогу хлесткими пощечинами прямо в его мэрском кабинете. За что конкретно он его отлупил – история умалчивает, однако свидетелей того инцидента в Мукачево и сегодня отыщется немало.

- Многие говорили Геше, что Балога его «кидает», что с ним надо рвать, но он был человек компромиссный, надеялся уладить ситуацию. В моменты эмоциональных всплесков, правда, заявлял: «Я цього козла заб*ю», - свидетельствует Ратушняк.

По свидетельствам оперативников (кое-кто из них в Закарпатье уже не работает, кое-кто – интегрировался в бизнес и местную вертикаль власти), с Гешей им жилось спокойнее. Контролируя весь регион, он не пускал сюда чужих, в частности – кавказцев и чеченцев, пробовавших, было, закрепиться на бойком приграничном месте. Еще – сдерживал несанкционированные порывы подраставшего «молодняка».

- Геша был своим – простым и понятным. Уроженец Закарпатья, он многое делал для малой родины – занимался благотворительностью, помогал детским домам, строил церкви, - вспоминают о нем.

Во второй половине 90-х Михаил Токарь понял, что быть авторитетом только лишь в криминальном мире фигуре его величины недостаточно. Тем более, что с контрабанды топлива и спиртного он давно переключился на контрабанду элитных иномарок. Они как бы «уходили» на экспорт, затем – возвращались и продавались. Проще говоря, пришел к необходимости легализации статуса своего и своего капитала. Бизнес приобрел качественно иные масштабы – требовалось «выходить из тени». К тому же, его активно щемили эсдеки, претендовавшие не только на политическое, но и финансовое господство в богатом приграничном регионе.

Весной 1998-го, незадолго до гибели, Геша становится депутатом областного совета. Шаг этот, как следует из вышеизложенного, был вынужденным – Геша чурался публичности, не умел говорить. На «политика», пусть даже местечкового масштаба, он никак не тянул, предпочитая продвигать по этой стезе Виктора Балогу. Так, как через несколько лет, на другом конце страны, самый богатый украинец делегирует в большую власть Виктора Януковича.

Петевка: «Мы не знаем, кто заказал Гешу»

Гешу застрелили на исходе 1998-го - в канун католического рождества. Киллеры подстерегли его на подворье собственного дома и, изрешетив пулями гешин «мерс», скрылись в неизвестном направлении.

- Нам позвонил Илья Токарь. Рассказал о случившемся, сказал, что брата повезли в госпиталь. Там Геша, собственно и умер, - вспоминает Петевка.

Друзья и близкие Геши утверждают: он чуял скорую гибель. Говорят, держал на переднем сидении машины заряженный автомат. Кое-кто добавляет: даже спал с ним «в обнимку». По свидетельству супруги, незадолго до рокового дня, Геша собрал возле себя детей – долго с ними возился, будто прощался и даже слезы на глазах выступили. Потом ехал с друзьями по трассе – свернули на заправку, выпили в придорожном кафе по сто грамм. Все – по три три рюмки, Геша – две. Увещевали выпить еще, мол, парное - к покойнику, но он отмахнулся.

В родной Куштановице Геша построил церковь на территории котрой его, в последствии, похоронили. На фото могила просматривается с левой стороны

На суде киллеры сознались: клиента «пасли». «Замочить» Токаря планировали раньше – просто убийство несколько раз срывалось. Исполнителей было трое. Задержанные в Донецке, в 2000-м каждый из них получил по 15 лет лишения свободы. Организатором назвали Евгения Игнаткина. Он же – Женя «Донецкий» - преступник всеукраинского масштаба. В начале 90-х у них с Гешей случались мелкие хозяйственные конфликты, однако, величины они были несоизмеримой для того, чтобы, спустя столько лет, «заказывать» обидчика.

- Я не поленился прочесть все дело от «корки до корки» и с уверенностью заявляю: Женя Донецкий там за уши притянут! Это не он Гешу убрал, - акцентирует Ратушняк.

С ним согласны практически все – от оперативников до людей «со стороны», имевших возможность ознакомиться с профильными материалами.

И хотя Игнаткин, экстрадированный в Украину после задержания в Чехии, в 2005-м получил и свой 15-летний срок, заказчик убийства Токаря не назван до сих пор.

- Точка в этой истории не поставлена. Заказчика мы не знаем. Каждый остается при своих подозрениях, - кивает Петевка.

Подозрения сии базируются на предположениях о том, кому было выгодно перебазирование Геши в лучший мир.

Поскольку Токарь считался лидером Мукачевского, да и всего Закарпатского ОПГ, первые на кого, логично, упала тень подозрения – подельники по криминальному цеху.

- На допросах жена Геши рассказывала, что в тот день, за ним заехал Миша Ланьо - «Блюк». Они вышли, сели в машину, через пятнадцать минут Геша был уже труп, - рассказал «Обозу» один из бывших закарпатских «оперативников». В свое время этот человек принимал самое непосредственное участие в выяснении тайны гибели Токаря. Сегодня, даже после перевода в другой регион, он соглашается вспоминать об этом исключительно на условиях анонимности.

По его словам, после убийства «Блюк» некоторое время был в бегах.

- Осенью 2004-го, незадолго до выборов, нам поступила информация о его местонахождении. Я тут же отправил ребят на его задержание. Скоро раздался звонок – «зачем ты это сделал? ты что, не знаешь, кто он? Зачем связываешься?». Таких «звонков» было несколько – Блюк, как никак, имел статус советника губернатора. Я, тем не менее, настаивал на том, что он должен быть, как минимум, допрошен, - продолжает собеседник. – Продержали мы его, однако, недолго – он симулировал сердечный приступ, был доставлен в больницу. Оттуда-то, со второго этажа, ночью сбежал и был таков.

Сегодня Блюк – депутат областного совета, «по совместительству» - глава областной Федерации футбола. Жизнь Михаил Иванович ведет вполне благопристойную, уже почти ничто, кроме, разве что, манеры общаться, не выдает в нем ранее судимого криминального авторитета. Был ли ему Геша, за право считаться «бандитским королем», конкурентом? И да, и нет. Свой тернистый путь они начинали вместе – отношения были непростыми, но, почти всегда – со знаком «плюс». Тем более, определенные обязательства налагал «общак». Мог ли Блюк взойти на Гешин престол? Скорее нет, чем да – время-то уже было не то. Во всяком случае, лично объясниться по этому поводу Ланьо, как уже было сказано, не захотел. Буквально через десять минут после того, как мы окончательно подтвердили договоренность об интервью, его помощник по телефону заявил: «Михаил Иванович, знаете, в Австрию сейчас уехал. Позвоните в начале февраля».

Венок на могиле: «Любим, помним, скорбим. Закарпатская ОДА»

Для гешиных «бригадных» гибель шефа стала шоком. Они, тем не менее, быстро сориентировались – по свидетельствам оперативников, в ту же ночь бандитский десант направился к Балоге – выяснять, не приложил ли он руки к произошедшему. Аналогичная «группа» поехала и к Ратушняку. Так, на всякий случай, несмотря даже на то, что добрые отношения Сергея Николаевича с покойным, являлись фактом общеизвестным.

Кроме самого памятника, на церковном погосте стоит еще два креста Геше памяти

После гибели Геши Балога действительно стремительно «расправил крылья» - аналогично, как Ахметов после смерти Грека. Однако, в 98-м Виктор Иванович, объективно, еще не был настолько масштабной и влиятельной фигурой, чтобы «нейтрализовывать» конкурентов подобным образом. Кроме того, младший брат убиенного, Илья, не только не сепарировался от Виктора Ивановича опосля случившегося, но, напротив – еще больше к нему приблизился. Илью стали «продвигать» по вертикали административных должностей. В 2007-м, ко Дню Конституции, главе Мукачевской райдаминистрации Президент даже выписал орден «За заслуги».

Еще один человек, косвенно попавший под подозрение – Григорий Суркис. В регионе, который он стремился поставить под свой контроль, Геша был ему, что кость в горле. Доказательств этому, конечно, нет. Следовательно, «версию» можно списать на общеизвестную нелюбовь закарпатцев к эсдекам.

- Они дружили с Гешей. Он даже на футбольные матчи специально в Киев летал, - комментирует Петевка.

Похоронили Токаря в родной Куштановице, на территории им же самим отстроенной церкви. Прощание с Гешей получилось грандиозным – до сих пор вспоминают в провинциальном городке. Кто-то запомнил его криминальным авторитетом, кто-то – большим благотворителем. На его могилу – с весьма характерным памятником, регулярно приносят скромные букетики и шикарные венки. На одном из них, обнаруженном «Обозом» буквально у подножия памятника, значилось:  «Любим, помним, скорбим. Закарпатская ОГА».

Жена Геши по-прежнему живет в Мукачево. Вскоре, после убийства мужа, она повторно вышла замуж, но с новым супругом что-то не сложилось. Дети, тем временем, выросли и сегодня эта семья почти ничем не отличается от рядовых.

В третьей части читайте о том, как Балога лично спасал людей от наводнения и как стал, благодаря этому, губернатором. Почему Москаль уличил его в финнарушениях, а самоубийца – проклял в предсмертной записке. Также – о том, как Виктор Иванович пытался сделаться Премьером и откуда у «Барвы» взялся «Синяк».

Соня КОШКИНА, Киев-Ужгород-Мукачево-Киев, январь 2008-го

(Комментировать)